Моральный и политический дух полка.

5-го июля 1941-го года полк прибыл в город Киев, где расположился в местечке Бровари. Здесь, пройдя переформирование, получив новую материальную часть и пополнение личного состава, полк стал наименоваться не полк противовоздушной обороны (ПВО), а 18-й полк противотанковой обороны (ПТО). Так полк в составе трёх артдивизионов под командованием майора  М.И. Наугадова, начальника штаба старшего лейтенанта  И.И. Кулика и батальонного комиссара  М.С. Шевлякова по приказу Верховного Командования  в срочном порядке был направлен на Западный фронт под Смоленск с задачей, преградить путь гудериановским  танкомеханизированным соединениям, бешено рвавшихся к Москве. В Смоленском сражении полк был поставлен исключительно на противотанковую оборону и в районе Рославля поддерживал танковую группировку нашей 28-й армии генерала Качалова, геройски погибшего в неравном бою, западнее Рославля.

Численный состав полка состоял из 70-ти человек – командного состава, 18-ти человек – политсостава, 10-ти человек – техсостава,  9-ти человек – медперсонала, 246-и человек – младшего начсостава и 856-и человек – рядового состава. Всего в полку насчитывалось 1213 человек. И полк имел на своём вооружении 36 зенитных орудий.

22-го июля полк прибыл  на станцию Бетлица, где расположился в 5-ти километрах западнее города Рославль и поступил в распоряжение 28-й армии генерала Качалова.

Полк, совершивший марш от Киева до места назначения, прошёл без чрезвычайных происшествий и на всём пути следования, велась политико-воспитательная работа с личным составом. Боевой и моральный дух зенитчиков был высоким. Этому особое внимание уделяли: майор М.Б. Фридланд, капитан С.М. Козиков, командиры батарей лейтенант В.И. Объедков и  А.И. Ковыршин, младший лейтенант А.Ф. Онищенко, техник- интендант А.С. Белич, младший сержант Попов, красноармейцы Рамазанов и Осадчий. Все они не считались ни со здоровьем, ни сном, ни с отдыхом и делали всё, чтобы полк был боеспособен и сохранена техника и личный состав. Все приказы в полку выполнялись чётко и своевременно. Внешний вид личного состава был хороший, обмундирование чистое, хотя в военных условиях это было не всегда легко соблюдать. Партийно-политическая работа проводилась на высоком идейно-политическом уровне.

С личным составом полка изучалось обращение Сталина к народу, Указы Президиума Верховного Совета СССР и другие политические документы. Партийно-политическая работа в подразделениях полка проводилась ежедневно. Так самое большее количество заявлений было подано для вступления в партию и комсомол от бойцов и командиров 28-го июля 1941-го года. Коммунисты и комсомольцы своим личным примером мужества и отваги воодушевляли беспартийных бойцов. Вот, что заявляли коммунисты Ласько, Киричев, Сержанов, Безушко и многие другие “Мы не только умеем хорошо стрелять из пушек, но и в совершенстве владеем винтовкой, гранатой, штыком. Так, что враг от нас не уйдёт и будет уничтожен”. И на самом деле об этом свидетельствовали многие факты, которых в полку было довольно много.

В бой многие бойцы хотели идти коммунистами и комсомольцами и вот, что они заявляли. Красноармеец Мазолевский говорил “Я буду бить врага до последнего снаряда, а если потребуется, то буду бить прикладом, штыком, гранатой. Нет пощады зарвавшемуся врагу, нарушившему наш мирный труд”. Командиры орудий не без гордости докладывали о готовности орудийных расчётов к бою. Комсомолец командир орудия младший сержант А.Л. Гильченок заявил  “Хочу идти в бой большевиком и бить врага по сталински до последней капли крови”. Другой комсомолец П.И. Ветров заявлял  “Свой орудийный расчёт я хорошо подготовил к бою. Со своим расчётом я уже сбил два вражеских самолёта, а теперь расчёт ещё лучше натренирован и по вражеским танкам будет бить без промаха”.

В это же время в полку прошло обращение по сбору денежных средств в «Фонд Обороны». На строительство танков, самолётов, орудий и миномётов вносили свои сбережения все бойцы и командиры полка. Во всех батареях проводились митинги по сбору средств. Эти митинги в подразделениях проходили с большим подъёмом. В каждом подразделении выступало по 5-6 человек бойцов и командиров, которые заявляли “Сделаем всё, чтобы наша страна била сильнее врага, дадим стране свои деньги, на которые будут строиться новые танки, самолёты, пушки и ещё больше укрепиться военная мощь нашей Родины. Мы покажем всему миру, на что способен Советский народ, когда над страной нависла угроза”. Красноармейцы, командиры и политработники на своих митингах постановили ежемесячно отчислять в «Фонд Обороны» не менее 5% месячного оклада. Но многие бойцы и младшие командиры подписались отчислять до 100% своего оклада. Так, например, младший командир, участник Гражданской войны, беспартийный товарищ Решниченко внёс в этот фонд 50 рублей и призывал последовать его примеру. Сбор прошёл организованно и быстро в подразделении, где командиром был комсомолец А.И. Ковыршин и политрук Фирсов. Личный состав этого подразделения был охвачен на 100%, и было сдано 3041 рубль. Воентехник Цуканов, майор Фридланд, младший лейтенант Светлов, капитан Козиков сразу внесли по 500 рублей. Красноармейцы Гладков, Горбатюк, Тиневич, Кириленков, внося деньги, заявляли “Этими денежными средствами мы поможем своей Родине ещё больше укрепить мощь нашего государства. Мы будем всемерно беречь свою боевую технику и бить ею врага до полного разгрома”.

После митингов во всех подразделениях были выпущены листовки, в которых освещался ход подписки в «Фонд Обороны». Подразделения, где командиром был майор Фридланд, сдали в «Фонд Обороны» 5983 рубля, а подразделения, которыми командовал воентехник Руссо и политрук Булатов сдали 4676 рублей. Всего было собрано 45928 рублей. Этим ещё раз подтверждалось крепкое моральное воспитание полка и высокий патриотизм наших бойцов и командиров.

Однако ситуация на фронте складывалась не в нашу пользу.